?

Log in

No account? Create an account
Стиши Ильи Брахмана, хвала ему - Перспективизм [entries|archive|friends|userinfo]
Перспективизм

[ website | Будешь? ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Стиши Ильи Брахмана, хвала ему [Oct. 31st, 2011|07:04 pm]
Перспективизм

perspektivizm

[war_web]

Регниц
Как сладостно внимать беззвучному движенью
Холодных серых вод средь невысоких гор,
В нем слышится далеких бездн невнятный хор,
И сердце чувствует теней развоплощенье.

Забудь о выдуманной Снежной Королеве,
Никто зимой не правит, только здесь легка
Спешит, как жизнь, как мир, озябшая река,
Рожденная во тьме, бегущая на север.

Зимой теплее краски, зимние холсты
Cмотри во тьме, они освещены с изнанки.
На небесах угля – что грязи в Ганге,
И новая весна растет из пустоты.

Роза
Утро усыпано розовым цветом.
Тает, как сахар тень.
Сон воплотился в твоей наготе -
Радостная примета.

Стрелки часов отдыхают чуток,
Нежится зорька простая,
Образ и роза сквозь явь прорастают -
Царь Соломон и цветок.

Пять лепестков, восемь, тринадцать
Лучикам ясным, но
Раз соблазнившимся немудрено
В цвете навек потеряться.

Встретило счастье один на один
Сердце с тобою наше,
И оплетает бездонную чашу
Узел всех середин.

Из треугольника
Из треугольника творец седобородый
Глядит, как суетное вечное светило
По тверди ледяной, по кромке небосвода
Передвигает механическая сила.

Сложи значенье букв, не торопясь исчисли
Соотношение углов и мер юдоли
Томящихся нагромождений смысла,
Вселенной, созданной из похоти и боли.

Так о листве сухой и о негодных людях
Я человеку, богу, прошепчу на ухо,
Да сохранит их немощь, ведь по-сути
Весь мир - всего лишь след исчезнувшего духа.

Из треугольника .. Да воссоздаст их снова,
Да повторит кошмар вернувшегося рая.
Когда я из стиха вычеркиваю слово,
То убиваю.

Пряди
Назореевы пряди остричь
Не спешит ангелок - недотрога.
Что поведает буква опричь
"Теологии смерти бога"?
Где посеян ломаный грош,
Разбазарена половина?
В каждой вещи чернее чем ложь
Слаще смерти спит Палестина.

Как понять вертикальный сюжет
От призвания не отрекаясь,
Наобум и вслепую уже
Погружаться в цветущий хаос?
Провалиться в вино, киноварь
Крики выспренних иерархий? -
Сокрушалась сирая тварь,
Сумма трещин разбитой чарки.

Satory
Да хранит тебя Ивовая Каннон
От хвостатой звезды, непутевой напасти,
Пусть неоновой ночью проступят сквозь сон
Мириады гирлянд распустившихся свастик!

Да хранят тебя тленное дерево, лак,
А небес муляжи оживут понемногу!
Если ты Анархист, можешь эдак и так
Уповать на себя и выдумывать бога,

Убивать и творить благодатных существ
На пустых облаках, проносящихся мимо,
Как мечта и сомнение, нет или есть
Где-то девка, прекрасная, как Хиросима.

А она, дальний край бытия теребя,
Снова лжет и смеется, о чем-то пророчит,
Да искусственным глазом глядит на тебя,
Притаившийся в бездне морей тамагочи.

Принцесса на горошине
Счастье, не уезжай! Невозможный вопрос
Отовсюду одновременно пророс.
Полно, Душенька, утром кромешная сырость
Оторочит принцессино платье на вырост
Не червонной каймой, а лохмотьями роз.

Подростковый излом уложу на пружину
Перекрученной радости. Наполовину
Распущу узелок. Меж раздвинутых строк
Спрячу слово, горошину, дикий цветок.
Лишь бы рядом - родное сердечко калины.

Лишь бы вновь ученица девичьих наук
Загадала задачку из жизни теней и
Слаще ночи, разбрызганных звезд солонее
Не разгадка - один тополиный испуг
В авраамовом небе качнулся над нею.

Пусть я парень и прямо хожу, как ладья,
Но пора закругляться и чуть погодя
Вряд-ли вынырнет кто из-под зеркала кроме
Водомерок, а те в черно-белой истоме
Заскользят меж осколками сна и дождя.

Fascio
Не то, чтоб тернии среди маслин,
Скорее мысли заблудились в складках
Хитона мраморного. Римский гражданин
Есть средоточье воли и порядка.

Когда кружение квадрата ног
Вело военно-полевое танго,
Блистал, как опера, Италии сапог,>
И пальцы рук расправила фаланга.

И если Индию на западе Колумб
Искал, то и твоя ждала эпоха
Открытия торжеств вселенских гекатомб
И возвращения царя Гороха.

Так царственные мучатся черты
В крови ублюдка. Так сегодня
Побочные сыны несбывшейся мечты
Расставят караул по подворотням.

Декабрьские цветы
Декабрьские розоватые
Цветочки нерешительные, еле
Заметные подтеки акварели
По небесам. Так что права ты и
Витиеватый свиток разверни
Развороши сумбур, цветные строчки.
Узоры оборота заморочки
Неповторимей отпечатка пятерни.

Зима - картинка. Кто-то со спины
Изобразил судьбу: глядят идеи
Сквозь отощавший мир, да орхидеи
В бесстыжей грации чуть склонены.
А если завтра - возведенный в куб
День нынешний - не полюбить, не высечь -
Я тысячу помад куплю для тысяч
Твоих единственных любимых губ.

Преступник

Мне приснилося, как нули
Запускали искусственный спутник.
Под поверхностью полой земли
Поселился военный преступник.
В череде очевидных вещей
Он заметил ложные звенья.
Между фактами что ни щель -
То возможность проникновенья
Изуверского сквозняка,
Подозрения, мол, возможно
Изувечить наверняка
Плоть породы пустопорожней,
Что годиться миру в отцы
Пианист, не вяжущий лыка,
Что играет детя в геноцид
На извечных полях земляники.

Нездоровый атом внутри
На восьмерку похожего мира
Как согнется - в погибели три,
Как пойдет - так на все четыре.
Так иди же, двузубый Плутон!
Твой зияющий нолик- это
Есть победа над центром сторон,
Сонма спутников над планетой,
Из предметов - подобен часам.
Циферблатом испуган даже
Автор, в данном случае сам
Я, освистанный персонажем.

Глаголы
Было время (то есть не было его),
Да не время - неподвижные глаголы
Полуплавали друг по другому, полу-
Поедали теплый суп из ничего.

Там же, посреди меж этим и другим,
Лицами не отличаясь от затылка,
И вино не различая от бутылки
Всюду пьянствовал единый андрогин.

Повсеместно занималася заря
Без конца, без продолженья и начала,
Все во всем, и все в безделье пребывало,
В праздности златой младенца и царя.

Но, нестройный, загудел навеселе
Хор драконьей тысячигортанной речи,
Но прорезались личинки человечьи
Словно складки на ветшающем челе,

Словно цифра "восемь" изогнулась ось
Кошкою, и вот, подслеповато, косо
Пялится вовнутрь сутулый знак вопроса.
Раз не удалось, а дальше - дальше врозь.

Оглянулся и увидел за собой
Собственные навсегда чужие лица
Члены тела, многомерные грибницы
Оборачивающиеся судьбой.

Все к чему? Не только глиняный Адам,
Но и Дионис из мрамора бухает
Неспроста, в себе укрывшись отдыхает,
Так в граненных четвертях поет "Агдам",

Так, друзья, любой и каждый, вы и я
Выпьет, что-то разольет, и слава богу!
С небывалым поиграть бы... Тohu-bohu -
Складочки на слизистой небытия.

Я сравню
Denken heißt vergleichen"
W. Rathenau
Я сравню тебя со знаком
Равенства. Сто раз на дню
С тростником чужим, инако-
Мыслящим тебя сравню.
Ты двуполый и двурогий,
Полой флейтой стaнешь ты.
Парой протянули ноги
Параллельные черты.
Осеняешь равным смыслом
Существа над ними - черт
Знает, что когда повисло!
Жизнь - не жизнь, а натюрморт!

Воля к равенству есть мама
Иерархий. Место над
Разногласиями в самом
Деле отражает ад.
И сравненья обоюдо-
Острые. Не взять - не дать,
Самому себе Иуда!
Век свободы не видать!
У осмысленной вселенной
Пообкусаны края.
Все равно в задачке энной,
Но себе не равен я!

Между звездами увижу -
Не дойду своим умом -
Стража дом, сторожку, иже
Сущий на небе седьмом.
Там, в углу избитых линий
Сеть однообразных дней
Равнозначна паутине.
Плачет паучок на ней...
Тень отбрасывает крошка.
Тень отбрасывает о
Крошку лучиков немножко.
За окошком - ничего.

* * *
Пусто в голове и хорошо
Увидать впервые на просторе
Всех вещей нелепость и еще
Небеса далекие, как горе.
Не оформившийся в слово пар
Изо рта ползет неторопливо.
Человек похож на самовар.
Переулки грязные красивы.
Мой рассудок даже в полный рост
Распрямится - Разуму не ровня.
Мысли улетели на погост,
В беспорядке кружат над часовней
Белой-белой, как сама зима,
Буквами покинутая книга.
Это равновесие ума
В раз нашел философ - забулдыга.
Это вам не в школе дважды два,
А себя измерившая мера!
И летит куда-то голова,
Ясная, как планер пионера.
Москва. Январь 2006

Звезда
Гори моя еврейская звезда.
Условье невозможности креста
И света белого сторонок шесть
Горите все. Звезда на то и есть,
Чтоб тысчью очей глядел вослед
Грядущему подслеповатай свет.

Вот звездочетов сын выходит из
Себя и прорастает сверху вниз.
Вот рассыпается на части, вот
Из года в год ведет седмицам счет,
А вот и наш народ, живущий от
Конца к началу, задом наперед.

У нас глаза по кругу колеса,
Мы лики слышим, видим голоса,
Но по-другому, потому у нас
Не невидаль непарных пара глаз.
Не слухом - духом чует рыба - Ной
Все закоулки ракушки ушной.

Молитва - половина тишины,
Но блеянья священные слышны,
И славословья - ангельский галдеж
Выпрыгивает изо рта святош,
Напяливших догматы в форме шляп
На обнаженный дух - головотяп.

Нередко жизнь - безвкусица. Не так
Без запаха цветущий пресен мак.
Опресноки квадратного письма
Кровоточат на языке весьма
Несовершенном, хоть со стороны
Любого света стороны равны.

Тот свет вблизи похожий на ничто
То прячется снаружи мира, то
Внутри страдает. Скрипка, веселей!
Смотри, заглянет изо всех щелей
Шагаловский, такой нетрезвый рай!
Не умолкай же, скрипочка, играй!

клянусь рогами Моисея
Клянусь рогами Моисея!
Шагами Змея поклянусь
Я против вечности и все я
Ея личины проклял. Пусть!
Пускай смеется, плачет кто-то
Над жизнью траченой на треть!
Мне заповедана работа
Молчать да за собой смотреть.
Сознанье - вещь. Постигнув это,
Развеять думку будто чад,
Внутри увидеть те предметы,
Которые вокруг молчат.

На всех углах случайной встречи
Из одного рожденных двух
От самого себя далече
Лепечет и хохочет дух:
"Быть человеком это проще,
Чем кто расскажет.
Это вам
Не истину искать наощупь,
А абсолютный тарарам."
Так, раз казнить нельзя, посмею
Помиловать себя - врага.
Тому свидетель - поступь Змея
И моисеевы рога.

Кто напьется
Кто напьется - немедля пускается во
Все нелегкие, ты не узнаешь его,
А узнаешь - не трожь и не побеспокой.
Тело пахнет рекой.
Да и кто ты такой?

И слова не сложились, и пляс невпопад,
Видно ты не Тритон, полубог - полугад,
Не чета Нереиде, не суженый древней,
Головастик, такой же Лягушке - Царевне.
Коробченок премудрый вдогонку уму
Молвил "плюх" да "бултых".
Кто я?
Сам не пойму.

Может я это вечность казенная, то же
Что живет в небесах вертикальных? А может
Я - свобода, изогнуто все и округло?
Человек как кумир - полубог-полукукла.
Сказанул и невольно хихикнул в рукав -
Ограниченный мир бесконечно лукав!

Космос это вопрос. Больше космоса эта,
Под углом ко всему, неизбывность ответа:
Горизонт на попA - И Атланту не тяжко!
Эх под яблочко, да водяные в тельняшках Закружат!
Кучаряв виноград в бороде.
Да играет игрец на дырявой дуде.

Сознание
Это есть Это.
То есть то.
Хармс
Сознанье это то, а Бытие вот это.
А Правда что? Любая "Правда" - та газета,
Что по ветру кружит, теряя на лету
Неудержавшиеся буквы: эту, ту...

Поди ж перелови букашек - буквы! Аж
Вприпрыжку побежал ходульный персонаж,
Себе в догонку вор орет, мол у вора,
На голове горит бессмыслица. Ура!

Аплодисменты птиц! Крылами машет шутка
В ногах на голове стоящего рассудка
То там, то тут, то снова там как Фигаро!
Мы с ней вдвоем покуда худо и добро
Cтесняясь будто не выскакивают друг
Из друга. Бабочка бумажная вокруг
Огня летит, она дыра заместо вещи.

Так Правда все вокруг да около трепещет.

Кругом... А посреди что, спросишь - не скажу!
Язык чтоб есть, ему передвигать межу
того и этого приходится тем чаще
Чем больше речью пообъеден говорящий.

Песенка о Море и Демоне
Рассказало сине
Море кораблю
О своей кручине: "
Я тебя люблю".

"Море, море сине", -
Парус отвечал, - "
Близок берег и не
Далеко причал".

Волны ходят нa´ брег.
Песнопенье из
Глубины кораблик
Утянуло вниз.

Гибели причина,
Песенка о той
Злой любви - кручине
Льется над водой.

Кто поет о милой
Глубине и от
Неба до могилы
Верует да врет?

Чье-то сердце хочет
Бездны? Чьи-то за
зекралом хохочут
грустные глаза?

Как желаешь шибко
Тешься и еще
если ты ошибка,
это хорошо!

Ведь ошибка - бездны
Уголок прямой.
Ты в нечестьи честный,
демон, демон мой.

Колодцы
Не одежду надел,
А сумятицу дел.
Не рука в рукава,
А сознанье в слова.
Не животное спит -
А очнувшийся стыд
Тщится выдумать сто
Оснований. За что?

- "Расскажи, не неволь
Отчего всюду боль,
Всюду крест или нет -
исковерканый свет?"

- "Лица это колодцы,
Камень поверху - мы,
Это с солнцем дерется
Радужка Фатимы.
Люди это веночек
Иссиня-золотой
Недоступный для прочих,
А тебе - память той,
От влюбленного Феба
Убегающей, чья
Боль - упавшее небо
На истоках ручья.
След размытый, неточный
Мировой наготы
Кто засыпал источник?
Это ты! Это ты!"

- "Я последний и аз
Первый праведник, раз
Что полюбишь - все прочь
Пропадает, точь в точь
Недостаток вдвойне:
В бесконечности не
Совершенного нет.

Зеленей вечный цвет!
Дикий лавр испокон
Не увянет. Не в бровь -
В сердце бъет Купидон."

Люди это любовь.

Март
Уж ангел, чудо в перьях
Чирикает: ты, март,
Не вечный подмастерье,
А мастер Экехард!

Лизнет края конверта -
Нет расстояния
Меж тою, кто теперь ты
И тем, что я - не я.

Мы - тень и тон, а он то
Глядит, как небо от
Зенита к горизонту
Царапнет самолет,

То под шумок расслышит
От хора - лицедей -
До таянья на крыше
Платоновых идей

Того, чей край нигде и
Круженье наавось.
Платоновы идеи
Суть смерзшийся ха0с.

- Послушайте, однажды
Порозовеет ветр,
Найдет другого каждый
Квадратный сантиметр

Всей нежности. Душа, Вы
Скажите, чья и чьи
Так запахи шершавы,
И Так черны ручьи?

- Нам господин несносен,
Раз постоянно на
Огромном свете осень
И только раз весна.

Мать-и-мачеха
Тронувшаяся синева в синеве
Сама собою являет две
Синевы. Под ледком едва
Чернеет розовая синева.

свет выпрыгивает из-за угла
Года. Вода, как сажа бела,
Потопила бы блики, но
Ворожит радужное пятно.

А небеса - улыбчивых луж
Фото на память, если уж
Мир снаружи век почти
Что океан мечты.

Прямо на солнце, словно глаз
Ребенка, глядит из-под снега грязь.
Исповедь природы. Всех
Прошлогодних цветочков смех.

Маленькие сияния
Потеряли меня, ни я
Ли из венка выпадаю, еще
Будущее ищу?

- Будущее, где ты? О том,
Кусками неба набитым ртом,
Куда пропало поведай, да
Сам я пропал куда?

- Не вернусь, отвечает, во
Веки веков, ты же то, чего
Побоялся бы раньше. Наказуемо
Именовать сказуемое.

Двуликая на пути
Всея земли мать-и-
Мачеха тоже, тоже вся
Цветет, человечится, бòжится.

Гадалке на заметку
Что такое будущее? Это
Яма, ожидание предмета,
Центробежное движенье от
Минуса, и след наоборот.

Будущее - ведьма, или ино-
Верка, настоящее - мужчина.
Прошлое, грядущее хоть абы
были, абы будут - обе бабы.

Будущее состоит из ям,
Ямы каждой вещи там и сям,
Яма - мы и станет was ist das
Абсолютно чуждый вместо нас.

? ? ?
Кто примеривает по-порядку
Шапку-невидимку, плащ-палатку?
В высохшем форватере Клондайка
Кто тайком химичит угадай-ка!

Чья одежда - выцветшие пятна,
А откуда пятна - не понятно,
Разложи, пацан, на пальцах чисто,
Как пятидесятник дадаисту.

Что за привкус оставляет слово
Вычеркнутое, и нет другого,
Воду досуха не истолку.

Прилетай, фазан, моя Жар-птица,
А летать не можешь научиться,
Научись ходить по потолку.

ROSA MYSTICA
От Тебя, Тебе, Тобою, Ты -
Распустилась роза Красоты.
Ты одна - простор в одном Троим
Он, Ему, о Нем, Его и Им.

Небрежением моим жестоко смят,
Расправляйся Духов аромат!
Станем ли когда-нибудь близки,
Как близки святые лепестки?

Всюду разная, во всем одна
Восприемлет Слово Тишина.
И с тобою и со мной нежна
Мужа неженатого Жена.
LinkReply